Большой, влажный лист зеленухи. Говорят, так мутировал в Зоне обычный лопух…

Он год не видел зеленухи. Когда дрожащими пальцами разворачивал её, наружу вывалился клочок бумаги в клеточку.

Девушки на кровати притихли, а Тимур быстро шагнул назад, увидев артефакт.

С такими он раньше не сталкивался: большой, размером в два кулака, и похож на мшистый камень.

— Что это? — Лена выглядела разочарованно.

Не сводя глаз с артефакта, он взял записку. Развернул.

— Кто это тебе камни в посылках шлет? — спросила Вика и требовательно добавила: — Тимур, почему ты молчишь?

В записке тем же кривым почерком было написано:

«Тим, жду в Логове. Приходи очень быстро. Ночью через 5 дней всему конец».

Потом дата — вчерашнее число — и подпись, две буквы: «Cm».

— Тимур! — повысила голос Вика, и тогда он сказал:

— Так, девушки, выметайтесь отсюда.

— Что? — изумилась она.

Тимур поднёс записку к лицу и обнюхал. Бумага пахла Зоной.

— Идите спать, — сказал он, переводя взгляд на артефакт.

— Ты… — пискнула Лена. — Ах ты…

— Скотина! — Вика вскочила с кровати.

Лена тоже поднялась.

— Жлоб! — Её подруга схватила сигаретную пачку со стола. — Правильно тебя директор уволил, козёл! И взгляд у тебя, как у убийцы!

— И ещё нож этот!

— Давайте, девчонки, топайте.

Тимур шагнул к ним из-за стола, забыв, что всё ещё держит нож. Должно быть, видок у него при этом был тот ещё, потому что Лена, зацепившаяся майкой за угол кровати, испуганно завозилась, а Вика попятилась к двери, прижав руки к груди.

Потом обе завизжали, потому что Тимур Шульга, бросив на пол скомканную записку, коротко замахнулся и метнул в них нож.